Судебные решения, арбитраж
Ввоз автомобилей; Таможенное дело
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья - Зюзюкин А.Н.
Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:
председательствующего Нерубенко Т.В.
судей Стефановской Л.Н., Баркаловой Т.И.
при секретаре В.
с участием прокурора - Кирилловой М.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании 22 июня 2010 г.
кассационные жалобы истцов
на решение Свердловского районного суда гор. Белгорода от 7 мая 2010 г. по делу по искам Б. и П.А.Н. к Белгородской таможне о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Нерубенко Т.В., объяснения Б., его представителя - адвоката Черкашина Г.Н., П.А.Н., его представителя - адвоката Иониной Е.И., поддержавших доводы кассационных жалоб, представителей Белгородской таможни С. и А., просивших об оставлении решения без изменений, заключение прокурора Кирилловой М.А., полагавшей, что решение является законным и обоснованным, судебная коллегия
установила:
Истцы работали в Белгородской таможне в должности главных государственных таможенных инспекторов отдела специальных таможенных процедур таможенного поста МАПП =адрес=. С каждым из них были заключены служебные контракты.
По результатам служебной проверки выяснения обстоятельств непринятия должностными лицами таможенного поста мер таможенно-тарифного регулирования и запретов и ограничений в отношении товаров, которые ввозились М. на таможенную территорию РФ 08.02.2010 г., приказом от 10.03.2010 г. N 158-к истцы уволены с государственной гражданской службы по основаниям, предусмотренным п. 13 ч. 1 ст. 33 и п. 9 ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 27.07.2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" за несоблюдение ограничений и невыполнение обязательств, установленных п. п. 1, 2 части 1 ст. 15 вышеприведенного Федерального закона.
Не согласившись с увольнением, истцы обратились в суд с требованиями о восстановлении на работе в прежней должности, взыскании с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов.
Сослались на несоответствие процедуры применения взыскания требованиям ст. 37 Федерального закона, указанного выше, Трудовому кодексу РФ, Дисциплинарному Уставу таможенных органов. По их мнению, приказ работодателя о прекращении действия заключенного с ними служебного контракта, освобождении от замещаемой должности и увольнении не мотивирован конкретными обстоятельствами, за которое может быть применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения, решение работодателя не соответствует их предшествующей службе и поведению при исполнении должностных обязанностей. П.А.Н. также указал о том, что ответчик фактически применяет два взаимоисключающих основания к увольнению..
В судебном заседании истцы и их представители поддержали исковые требования.
Представитель ответчика просила в иске отказать, полагая, что при увольнении истцов нарушений закона не допущено.
Решением суда в удовлетворении исковых требований отказано.
В кассационных жалобах истцы просят об отмене решения, в котором содержатся противоречивые выводы, не указаны причины непринятия во внимание показаний свидетелей. По мнению истцов, суд неправильно истолковал Федеральный закон "О государственной гражданской службе", не применил закон, подлежащий применению, неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, обосновав решение недоказанными обстоятельствами.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия признает их неубедительными.
Рассматривая дело по существу, суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал представленные доказательства по делу, дал им надлежащую оценку и на законных основаниях, руководствуясь положениями Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации", Таможенного кодекса РФ, служебных контрактов, заключенных сторонами, правильно пришел к выводу об отсутствии оснований к удовлетворению иска.
Довод жалобы о неправильном толковании Федерального закона, приведенного выше, не может быть признан заслуживающим внимания.
Согласно п/п 23 п. 9 служебных контрактов, заключенных сторонами, они могут быть прекращены по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации о государственной гражданской службе Российской Федерации. С условиями контрактов истцы согласились, подписав их.
Статьей 37 ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" предусмотрен перечень оснований расторжения служебного контракта по инициативе представителя нанимателя, в частности, в силу пункта 9 данной нормы, он может быть расторгнут и в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.
В статье 33 того же закона предусмотрены основания прекращения служебного контракта и освобождения от занимаемой должности, влекущие за собой, как правило, увольнение государственного гражданского служащего с государственной службы, которые могут быть применены ко всем государственным служащим, независимо от замещаемой ими должности государственной гражданской службы, ее категории и группы.
Пункт 13 части 1 ст. 33 Федерального закона в качестве основания к прекращению служебного контракта предусматривает несоблюдение ограничений и невыполнение обязательств, установленных Федеральным законом и иными федеральными законами.
Гражданский служащий обязан соблюдать Конституцию РФ, федеральные конституционные законы, федеральные законы, иные нормативные правовые акты РФ, конституции (уставы), законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ и обеспечивать их исполнение. Он также обязан исполнять должностные обязанности в соответствии с должностным регламентом (п. п. 1, 2 ст. 15 ФЗ).
Пункт 2 служебного контракта, заключенного сторонами предусматривает исполнение обязанностей гражданским служащим по должности федеральной государственной гражданской службы в соответствующем подразделении таможенного органа в соответствии с прилагаемым к служебному контракту должностным регламентом.
С учетом вышеприведенных норм суд правильно сделал вывод о наличии права у работодателя на прекращение с истцами действий трудовых контрактов по пункту 13 части 1 статьи 33 ФЗ.
Факт невыполнения истцами обязательств, выразившийся в осуществлении пропуска транспортного средства с товаром в крупном размере без проведения процедуры таможенного оформления и таможенного контроля, подтвержден материалами служебной проверки, назначенной приказом Белгородской таможни 09.02.2010 г. N 50-П.
Согласно материалам дела, истцы не исполнили надлежащим образом подпункты 3, 4, 14, 21, 35, 46, 50 пункта 12 должностного регламента главного государственного таможенного инспектора отдела специальных таможенных процедур таможенного поста МАПП =адрес=, глав 23 и 35, статьи 403 Таможенного кодекса Российской Федерации. Приказом от 10.03.2010 г. N 158-к за несоблюдение ограничений и невыполнение обязательств, установленных пунктами 1, 2 части 1 статьи 15 Федерального закона Российской Федерации от 27.07.2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации", на основании пункта 9 части 1 статьи 37, пункта 13 части 1 статьи 33 Федерального закона РФ от 27.07.2004 N 79-ФЗ (несоблюдение ограничений и невыполнение обязательств, установленных настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами), прекращены действия служебных контрактов с истцами, они освобождены от замещаемой должности гражданской службы и уволены с государственной гражданской службы.
Ссылка в жалобе Б. на ст. 57 ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" не может служить основанием к отмене постановленного решения. В конкретном случае начальник таможни не привлекал истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения. С ним было прекращено действие контракта за несоблюдение ограничений и невыполнение обязательств. В приказе об увольнении отсутствует ссылка на ст. 57 ФЗ.
По мнению судебной коллегии, данное заявление указывает об ином толковании норм материального права, что является фактической позицией истца по делу и не указывает на неправомерность его увольнения по п. 13 ч. 1 ст. 33 Закона.
Довод в жалобе о том, что при решении вопроса об увольнении работодатель не учел предшествующие результаты исполнения истцами должностных обязанностей, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, в решении им дана надлежащая оценка. Судом признаны заслуживающими внимание возражения работодателя, где отражено о том, что, не умаляя заслуг истцов, начальник таможни принял решение учитывая нарушение истцами охраняемых законом интересов государства в виде контрабандного ввоза на территорию РФ товара, а также подрыва авторитета таможенных органов в лице государства.
Довод жалобы Б. об отсутствии одной подписи в заключении комиссии по результатам проверки не мог исключить правильность установленных в заключении обстоятельств.
Не заслуживает внимание довод жалоб о неправильном определении судом обстоятельств, имеющих значение для дела.
Основанием проведения служебной проверки послужила информация, изложенная в служебной записке от 09.02.2010 начальника таможенного поста МАПП =адрес=.
08.02.2010 г. жителем Белгородской области М., следующим из Украины на автомобиле "Мерседес Бенц Вито" осуществлен ввоз в РФ коммерческой партии товаров в крупном размере под навесом N 3 ТП МАПП =адрес= без проведения процедуры таможенного оформления и таможенного контроля, где осуществлял дежурство Б. на вверенном ему участке. Последний выпустил указанный автомобиль из зоны таможенного контроля, без проведения таможенного оформления и таможенного контроля. Он не потребовал от перевозчика заполнения таможенной декларации, не произвел осмотр и досмотр, не применил меры для предотвращения ввоза контрабанды, разрешив незаконный ввоз коммерческой партии товара в РФ. В результате этого М. в сопровождении младшего инспектора ОТО и ОДС К. без остановки проследовал на выезд с территории МАПП =адрес=, совершив своими действиями контрабанду. В отношении М. 03.03.2010 отделом дознания возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 188 УК РФ.
Истцы не применили ни одной из форм таможенного контроля, предусмотренных ст. 360 Таможенного кодекса РФ, о чем свидетельствуют их объяснения от 17.02.2010 г., данные в ходе проведения служебной проверки, а также показания свидетелей К., Д., Е., рапорт об обнаружении признаков преступления, составленный оперуполномоченным по ОВД отдела борьбы с особо опасными видами контрабанды таможни, запись видеокамер, находящихся под навесом N 3 и на обзорной вышке.
Утверждение Б. об отсутствии вины в связи с тем, что в момент проезда автомобиля под навесом N 3 он дозванивался до старшего смены Е. и заместителя начальника поста Д., нельзя признать убедительными. Автомобиль передвигался и находился в районе навеса около 1 часа, за это время истец имел реальную возможность доложить о происшествии руководству поста, отдела и дежурной смены. Эти обстоятельства в суде подтвердили свидетели Е. и Д.. Заслуживает внимание заявление ответчика об отсутствии необходимости в получении каких-либо дополнительных указаний для проведения таможенного контроля товаров, перемещаемых в автомобиле, что также подтверждает бездействие истца.
Б. и находившийся с ним в служебном помещении Х. отрицали факт нажатия кнопки пульта дистанционного открытия шлагбаума, находившегося в служебном помещении, тогда как без ведома сотрудников таможни, осуществляющих таможенный контроль на вверенном участке, транспортное средство выехать не могло. При возвращении транспортного средства в обратном направлении, под навесом N 3 находились истцы и Х.. Открытие шлагбаума в обратном направлении происходило в их присутствии.
Довод жалоб о том, что Х. распорядился К. препроводить транспортное средство в бокс углубленного досмотра, куда не удалось въехать по причине заноса снегом, опровергаются видеозаписью камеры слежения на вышке, показаниями М., показаниями свидетелей Д., К. и Е., должностной инструкцией К.. Представитель работодателя указывал на отсутствие правовых оснований в конкретном случае на проведение углубленного досмотра, поскольку не были проведены предварительные операции, предшествующие основному таможенному оформлению. Об этом указал в суде свидетель Д., заявивший также о том, что сотрудник К. не мог сопровождать автомобиль в бокс углубленного досмотра. Такого поручения истцами не выписывалось, должностными обязанностями К. функции по проведению таможенного контроля не предусмотрены.
Утверждение в жалобе П.А.Н. об открытии шлагбаума с целью проведения и осуществления таможенного контроля автомобиля под навесом N 3, являются неубедительными. Зная о том, что по полосе движения на въезд на таможенную территорию РФ проследовал автомобиль, предположительно с товаром, истец не только не принял необходимых мер по задержанию автомобиля, а открыл шлагбаум под навесом N 3, предоставив возможность нарушителю безнаказанно покинуть таможенную территорию РФ и скрыться на таможенной территории сопредельного государства в Украине. Автомобиль был остановлен должностными лицами пограничной службы ФСБ РФ. Об этих обстоятельствах в суде заявлял свидетель Е..
Решение суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения в соответствии со статьей 362 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в кассационных жалобах, не имеется.
Руководствуясь ст. 347, 360, 366 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Свердловского районного суда гор. Белгорода от 7 мая 2010 г. по делу по искам Б. и П.А.Н. к Белгородской таможне о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула оставить без изменений, кассационные жалобы истцов - без удовлетворения.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "TMJ.SU | Таможенное дело. Таможенное право" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ БЕЛГОРОДСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 22.06.2010
Разделы:Ввоз автомобилей; Таможенное дело
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 22 июня 2010 года
Судья - Зюзюкин А.Н.
Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:
председательствующего Нерубенко Т.В.
судей Стефановской Л.Н., Баркаловой Т.И.
при секретаре В.
с участием прокурора - Кирилловой М.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании 22 июня 2010 г.
кассационные жалобы истцов
на решение Свердловского районного суда гор. Белгорода от 7 мая 2010 г. по делу по искам Б. и П.А.Н. к Белгородской таможне о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Заслушав доклад судьи Нерубенко Т.В., объяснения Б., его представителя - адвоката Черкашина Г.Н., П.А.Н., его представителя - адвоката Иониной Е.И., поддержавших доводы кассационных жалоб, представителей Белгородской таможни С. и А., просивших об оставлении решения без изменений, заключение прокурора Кирилловой М.А., полагавшей, что решение является законным и обоснованным, судебная коллегия
установила:
Истцы работали в Белгородской таможне в должности главных государственных таможенных инспекторов отдела специальных таможенных процедур таможенного поста МАПП =адрес=. С каждым из них были заключены служебные контракты.
По результатам служебной проверки выяснения обстоятельств непринятия должностными лицами таможенного поста мер таможенно-тарифного регулирования и запретов и ограничений в отношении товаров, которые ввозились М. на таможенную территорию РФ 08.02.2010 г., приказом от 10.03.2010 г. N 158-к истцы уволены с государственной гражданской службы по основаниям, предусмотренным п. 13 ч. 1 ст. 33 и п. 9 ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 27.07.2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" за несоблюдение ограничений и невыполнение обязательств, установленных п. п. 1, 2 части 1 ст. 15 вышеприведенного Федерального закона.
Не согласившись с увольнением, истцы обратились в суд с требованиями о восстановлении на работе в прежней должности, взыскании с ответчика заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов.
Сослались на несоответствие процедуры применения взыскания требованиям ст. 37 Федерального закона, указанного выше, Трудовому кодексу РФ, Дисциплинарному Уставу таможенных органов. По их мнению, приказ работодателя о прекращении действия заключенного с ними служебного контракта, освобождении от замещаемой должности и увольнении не мотивирован конкретными обстоятельствами, за которое может быть применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения, решение работодателя не соответствует их предшествующей службе и поведению при исполнении должностных обязанностей. П.А.Н. также указал о том, что ответчик фактически применяет два взаимоисключающих основания к увольнению..
В судебном заседании истцы и их представители поддержали исковые требования.
Представитель ответчика просила в иске отказать, полагая, что при увольнении истцов нарушений закона не допущено.
Решением суда в удовлетворении исковых требований отказано.
В кассационных жалобах истцы просят об отмене решения, в котором содержатся противоречивые выводы, не указаны причины непринятия во внимание показаний свидетелей. По мнению истцов, суд неправильно истолковал Федеральный закон "О государственной гражданской службе", не применил закон, подлежащий применению, неправильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, обосновав решение недоказанными обстоятельствами.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия признает их неубедительными.
Рассматривая дело по существу, суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал представленные доказательства по делу, дал им надлежащую оценку и на законных основаниях, руководствуясь положениями Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации", Таможенного кодекса РФ, служебных контрактов, заключенных сторонами, правильно пришел к выводу об отсутствии оснований к удовлетворению иска.
Довод жалобы о неправильном толковании Федерального закона, приведенного выше, не может быть признан заслуживающим внимания.
Согласно п/п 23 п. 9 служебных контрактов, заключенных сторонами, они могут быть прекращены по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации о государственной гражданской службе Российской Федерации. С условиями контрактов истцы согласились, подписав их.
Статьей 37 ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" предусмотрен перечень оснований расторжения служебного контракта по инициативе представителя нанимателя, в частности, в силу пункта 9 данной нормы, он может быть расторгнут и в иных случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.
В статье 33 того же закона предусмотрены основания прекращения служебного контракта и освобождения от занимаемой должности, влекущие за собой, как правило, увольнение государственного гражданского служащего с государственной службы, которые могут быть применены ко всем государственным служащим, независимо от замещаемой ими должности государственной гражданской службы, ее категории и группы.
Пункт 13 части 1 ст. 33 Федерального закона в качестве основания к прекращению служебного контракта предусматривает несоблюдение ограничений и невыполнение обязательств, установленных Федеральным законом и иными федеральными законами.
Гражданский служащий обязан соблюдать Конституцию РФ, федеральные конституционные законы, федеральные законы, иные нормативные правовые акты РФ, конституции (уставы), законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ и обеспечивать их исполнение. Он также обязан исполнять должностные обязанности в соответствии с должностным регламентом (п. п. 1, 2 ст. 15 ФЗ).
Пункт 2 служебного контракта, заключенного сторонами предусматривает исполнение обязанностей гражданским служащим по должности федеральной государственной гражданской службы в соответствующем подразделении таможенного органа в соответствии с прилагаемым к служебному контракту должностным регламентом.
С учетом вышеприведенных норм суд правильно сделал вывод о наличии права у работодателя на прекращение с истцами действий трудовых контрактов по пункту 13 части 1 статьи 33 ФЗ.
Факт невыполнения истцами обязательств, выразившийся в осуществлении пропуска транспортного средства с товаром в крупном размере без проведения процедуры таможенного оформления и таможенного контроля, подтвержден материалами служебной проверки, назначенной приказом Белгородской таможни 09.02.2010 г. N 50-П.
Согласно материалам дела, истцы не исполнили надлежащим образом подпункты 3, 4, 14, 21, 35, 46, 50 пункта 12 должностного регламента главного государственного таможенного инспектора отдела специальных таможенных процедур таможенного поста МАПП =адрес=, глав 23 и 35, статьи 403 Таможенного кодекса Российской Федерации. Приказом от 10.03.2010 г. N 158-к за несоблюдение ограничений и невыполнение обязательств, установленных пунктами 1, 2 части 1 статьи 15 Федерального закона Российской Федерации от 27.07.2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации", на основании пункта 9 части 1 статьи 37, пункта 13 части 1 статьи 33 Федерального закона РФ от 27.07.2004 N 79-ФЗ (несоблюдение ограничений и невыполнение обязательств, установленных настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами), прекращены действия служебных контрактов с истцами, они освобождены от замещаемой должности гражданской службы и уволены с государственной гражданской службы.
Ссылка в жалобе Б. на ст. 57 ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" не может служить основанием к отмене постановленного решения. В конкретном случае начальник таможни не привлекал истца к дисциплинарной ответственности в виде увольнения. С ним было прекращено действие контракта за несоблюдение ограничений и невыполнение обязательств. В приказе об увольнении отсутствует ссылка на ст. 57 ФЗ.
По мнению судебной коллегии, данное заявление указывает об ином толковании норм материального права, что является фактической позицией истца по делу и не указывает на неправомерность его увольнения по п. 13 ч. 1 ст. 33 Закона.
Довод в жалобе о том, что при решении вопроса об увольнении работодатель не учел предшествующие результаты исполнения истцами должностных обязанностей, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, в решении им дана надлежащая оценка. Судом признаны заслуживающими внимание возражения работодателя, где отражено о том, что, не умаляя заслуг истцов, начальник таможни принял решение учитывая нарушение истцами охраняемых законом интересов государства в виде контрабандного ввоза на территорию РФ товара, а также подрыва авторитета таможенных органов в лице государства.
Довод жалобы Б. об отсутствии одной подписи в заключении комиссии по результатам проверки не мог исключить правильность установленных в заключении обстоятельств.
Не заслуживает внимание довод жалоб о неправильном определении судом обстоятельств, имеющих значение для дела.
Основанием проведения служебной проверки послужила информация, изложенная в служебной записке от 09.02.2010 начальника таможенного поста МАПП =адрес=.
08.02.2010 г. жителем Белгородской области М., следующим из Украины на автомобиле "Мерседес Бенц Вито" осуществлен ввоз в РФ коммерческой партии товаров в крупном размере под навесом N 3 ТП МАПП =адрес= без проведения процедуры таможенного оформления и таможенного контроля, где осуществлял дежурство Б. на вверенном ему участке. Последний выпустил указанный автомобиль из зоны таможенного контроля, без проведения таможенного оформления и таможенного контроля. Он не потребовал от перевозчика заполнения таможенной декларации, не произвел осмотр и досмотр, не применил меры для предотвращения ввоза контрабанды, разрешив незаконный ввоз коммерческой партии товара в РФ. В результате этого М. в сопровождении младшего инспектора ОТО и ОДС К. без остановки проследовал на выезд с территории МАПП =адрес=, совершив своими действиями контрабанду. В отношении М. 03.03.2010 отделом дознания возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 188 УК РФ.
Истцы не применили ни одной из форм таможенного контроля, предусмотренных ст. 360 Таможенного кодекса РФ, о чем свидетельствуют их объяснения от 17.02.2010 г., данные в ходе проведения служебной проверки, а также показания свидетелей К., Д., Е., рапорт об обнаружении признаков преступления, составленный оперуполномоченным по ОВД отдела борьбы с особо опасными видами контрабанды таможни, запись видеокамер, находящихся под навесом N 3 и на обзорной вышке.
Утверждение Б. об отсутствии вины в связи с тем, что в момент проезда автомобиля под навесом N 3 он дозванивался до старшего смены Е. и заместителя начальника поста Д., нельзя признать убедительными. Автомобиль передвигался и находился в районе навеса около 1 часа, за это время истец имел реальную возможность доложить о происшествии руководству поста, отдела и дежурной смены. Эти обстоятельства в суде подтвердили свидетели Е. и Д.. Заслуживает внимание заявление ответчика об отсутствии необходимости в получении каких-либо дополнительных указаний для проведения таможенного контроля товаров, перемещаемых в автомобиле, что также подтверждает бездействие истца.
Б. и находившийся с ним в служебном помещении Х. отрицали факт нажатия кнопки пульта дистанционного открытия шлагбаума, находившегося в служебном помещении, тогда как без ведома сотрудников таможни, осуществляющих таможенный контроль на вверенном участке, транспортное средство выехать не могло. При возвращении транспортного средства в обратном направлении, под навесом N 3 находились истцы и Х.. Открытие шлагбаума в обратном направлении происходило в их присутствии.
Довод жалоб о том, что Х. распорядился К. препроводить транспортное средство в бокс углубленного досмотра, куда не удалось въехать по причине заноса снегом, опровергаются видеозаписью камеры слежения на вышке, показаниями М., показаниями свидетелей Д., К. и Е., должностной инструкцией К.. Представитель работодателя указывал на отсутствие правовых оснований в конкретном случае на проведение углубленного досмотра, поскольку не были проведены предварительные операции, предшествующие основному таможенному оформлению. Об этом указал в суде свидетель Д., заявивший также о том, что сотрудник К. не мог сопровождать автомобиль в бокс углубленного досмотра. Такого поручения истцами не выписывалось, должностными обязанностями К. функции по проведению таможенного контроля не предусмотрены.
Утверждение в жалобе П.А.Н. об открытии шлагбаума с целью проведения и осуществления таможенного контроля автомобиля под навесом N 3, являются неубедительными. Зная о том, что по полосе движения на въезд на таможенную территорию РФ проследовал автомобиль, предположительно с товаром, истец не только не принял необходимых мер по задержанию автомобиля, а открыл шлагбаум под навесом N 3, предоставив возможность нарушителю безнаказанно покинуть таможенную территорию РФ и скрыться на таможенной территории сопредельного государства в Украине. Автомобиль был остановлен должностными лицами пограничной службы ФСБ РФ. Об этих обстоятельствах в суде заявлял свидетель Е..
Решение суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены или изменения в соответствии со статьей 362 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в кассационных жалобах, не имеется.
Руководствуясь ст. 347, 360, 366 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Свердловского районного суда гор. Белгорода от 7 мая 2010 г. по делу по искам Б. и П.А.Н. к Белгородской таможне о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула оставить без изменений, кассационные жалобы истцов - без удовлетворения.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "TMJ.SU | Таможенное дело. Таможенное право" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)